7 мая 2020
Сайт Григория Явлинского

Григорий Явлинский: Актуальность Дня Победы

«Лишь бы не было войны» или «можем повторить»?

В чем значение Дня Победы спустя 75 лет? 

Память, благодарность, скорбь по отдавшим жизнь, воспитание патриотизма и преданности Отечеству… Да, безусловно. Но это не все. 

Вторая мировая война — это явление планетарного, общечеловеческого масштаба, и за победу в ней наш народ заплатил невероятно высокую цену. Поэтому спустя 75 лет мы обязаны не только помнить, благодарить и гордиться, но и быть способными честно и внятно ответить на главные вопросы. 

Как и почему такое могло произойти? Как человечество дошло до этого?

Как и почему стало возможным создание и запуск гигантской нацистской машины — конвейера по физическому уничтожению миллионов людей всех возрастов, от новорожденных до глубоких стариков? 

Как и почему нацизм оказался такой силой, что за победу над ним один только Советский Союз заплатил десятками миллионов жизней? 

Отвечать на такие вопросы жизненно необходимо не только в контексте прошлого, но и в свете сегодняшнего дня — чтобы понять, как случившееся 80 лет назад соотносится с современностью. Что общего между происходившим начиная с 1933 года в нацистской Германии, Европе, СССР и США с тем, что происходит в мире сейчас? Могут ли люди быть уверены в том, что нечто подобное не повторится вновь? 

Иначе говоря, один из важнейших смыслов Дня Победы — в необходимости понять, объяснить и сопоставить современность с обстоятельствами становления нацизма в государственной форме. 

В середине XX века многие государства Европы и остального мира стали союзниками нацистского режима, содействовали его укреплению. В 1936 году с нацизмом в Германии все уже было ясно, тем не менее в Берлин на Олимпийские игры съехался практически весь мир.

Надо ответить, наконец, на вопрос, почему весь мир так или иначе принимал происходящее в нацистской Германии, а многие ведущие политики даже положительно отзывались о социально-экономических успехах Гитлера. Ведь все знали о планах Третьего рейха, весь мир слышал выступления Гитлера по радио, везде читали Mein Kampf. Как мог Ватикан подписать в 1933 году конкордат с Гитлером и тем самым серьезно укрепить престиж нацистов? На что надеялся Советский Союз, когда в 1939 году развязал Гитлеру руки, заключив пакт с нацистской Германией и напав с немцами на Польшу? Хорошо известно, что американские дельцы помогали Гитлеру вооружаться и отлично заработали на военных заказах (1), в то время как лидеры Великобритании и Франции, невзирая на очевидную и нескрываемую людоедскую сущность немецкого нацизма, проводили линию на «умиротворение» Германии. Так, Уинстон Черчилль во второй половине 1930-х годов не раз подчеркивал, что Адольф Гитлер войдет в историю великим человеком, если вовремя остановится и не начнет большую войну2. Неужели было непонятно, что война — неизбежная производная нацизма, его прямое продолжение? На что Черчилль надеялся в этом случае?

Получается, что весь просвещенный цивилизованный мир несет политическую ответственность за появление нацистского государства Гитлера, а следовательно, за войну, за жертвы, за геноцид, за Холокост. Это общая вина, глобальная.

Только двумя десятилетиями ранее мир пережил страшную бойню — Первую мировую войну. Все увидели, как с помощью новейших технических достижений можно уничтожать людей, как цивилизованный и образованный мир, связанный многочисленными путями сообщения и способами распространения информации, может утонуть в крови. Но Вторая мировая тем не менее произошла. 

Эвианская конференция 1938 года, где решался вопрос о судьбе сотен тысяч еврейских беженцев, которым угрожало физическое уничтожение на подконтрольных нацистам территориях, провалилась. Страны-участницы объяснили друг другу, что не могут расширять иммиграционные квоты, что вынуждены решать проблемы экономического кризиса и безработицы, да и вообще уже сделали для евреев все, что могли.

Тогда, накануне самого масштабного в истории человечества геноцида «государственные мужи» в разных странах решали какие-то свои задачи. Но теперь, десятилетия спустя, очевидно, что жизненно важным было совсем другое.

Современному миру такое понимание, такая оценка событий Второй мировой войны необходимы не только в отношении прошлого. Это видение очень важно сейчас — для будущего. 

В наши дни крайне своевременна мысль всемирно известного философа Зигмунта Баумана об отсутствии гарантий того, что трагедия середины XX века останется в прошлом. «Холокост был уникальным столкновением старых противоречий, которые современность не замечала, презирала или не могла разрешить, с мощными инструментами рационального и эффективного действия, вызванными к жизни самим современным развитием. Даже если это столкновение было уникальным и потребовало редкой комбинации обстоятельств, факторы, которые сошлись вместе, чтобы оно состоялось, были и продолжают оставаться обычными и “нормальными”», — писал Бауман (3).

Обострение накопившихся противоречий в сочетании с технологиями эффективного действия — это ровно то, с чем мы имеем дело сейчас. 

Сегодня очевидна возрастающая опасность войны. Людей все больше приучают к мысли о возможности «малой» войны и в конечном счете неизбежности большой войны, а еще убеждают, что наилучшим способом выживания нации является совершенствование и накопление вооружений. Механизмы сдерживания гонки вооружений, международные гарантии ограничения ядерных вооружений рушатся: Договор об ограничении ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) уже не действует, а продление Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ) под большим вопросом. Это прямое продолжение политики всестороннего нагнетания конфронтации с Западом как сути идеологии современной России (см. «Опасность войны», декабрь 2019).

Раскручивание гонки вооружений, циничные заявления об испытании новых видов оружия в Сирии, на людях и в условиях чужой гражданской войны, бесконечная война в Донбассе, где уже погибли десятки тысяч, а жизни миллионов разорены, — все это «новая российская нормальность». И это существенная часть политики XXI века в целом, которая, начиная с войны в Ираке в 2003 году, все чаще свидетельствует о повторении современным миром моделей политического и социального мышления и поведения, уже приведших к катастрофе 80 лет назад.

Миграция, ставшая следствием растущего ощущения потери будущего у огромного числа людей на планете, воспринимается в Европе и США как неприятность, от которой надо отмахнуться и отгородиться (см. «Потеря будущего», май 2017). 

Пандемия COVID-19 обострила ситуацию. Пока европейцы обсуждают в соцсетях тяготы локдауна, сидя в своих собственных квартирах, в Азии многочисленные общины оказались запертыми в трущобной скученности без средств к существованию. Начинающийся мировой экономический кризис, очевидно, усилит глобальное и внутристрановое неравенство.

Кроме того, коронавирусная эпидемия и кризис обостряют борьбу за глобальное лидерство. При этом Китай, претендующий на роль нового гегемона, весьма далек от общечеловеческих ценностей, составляющих основу современной глобальной цивилизации. Нарастающее в США и ЕС желание возложить на китайцев ответственность за пандемию заставляет вспомнить, что, пока Китай приносил баснословные доходы, он рассматривался как глобальная фабрика с дешевой рабочей силой, его нахваливали, им даже восхищались, а на его тоталитарную политическую систему предпочитали закрывать глаза. Only business. Повторение пройденного.

Причины крупнейшей катастрофы минувшего столетия снова становятся актуальными в XXI веке: 

— современный мир раскалывается и погружается в национализм;

— популизм в политике выносит на поверхность амбициозную серость, готовую на все ради личного успеха;
— в мировой политике вместо международного права вновь утвердилось право силы; 

— ценность человеческой жизни уменьшается, заслоняется разного рода «рациональными» соображениями, тогда как технологии уничтожения людей, в том числе массового уничтожения, продолжают целенаправленно развиваться.

И все это наряду с неизбежным развитием и применением цифровых технологий, в частности технологий распознавания лиц, слежения за местоположением людей, сбора и обработки «больших данных», искусственного интеллекта, «интернета вещей». Невиданные ранее возможности неизбежно будут использованы для контроля и манипулирования человеческим сознанием и поведением (см. «Цифровая опасность», апрель 2020). 

Нынешняя политическая реальность — это самоубийственный шаблон, повторяющий то, что восемь десятилетий назад превратилось в страшную трагедию. У нас на глазах происходит серьезный сдвиг от «лишь бы не было войны» к «можем повторить».

Высший смысл Дня Победы, наша ответственность перед жертвами и героями — в том, чтобы построить для детей и внуков мир, в котором не будет возможности повторения страшной катастрофы XX века. Для этого надо понимать и хорошо помнить причины, которые привели к той войне, и всеми силами противостоять этому — чтобы День Победы стал безусловным праздником торжества и продолжения жизни. Пока мы еще очень далеки от этой цели.

С наступающим Днем Победы!

----

(1) Существуют свидетельства того, что выгодное сотрудничество продолжалось после 1 сентября 1939 года и даже после вступления США в войну. При этом на предприятиях, которые приносили доходы американским инвесторам, использовался труд заключенных концлагерей.

(2) В 1935 году Черчилль написал статью о Гитлере, позже включенную в не раз переиздававшийся сборник «Великие современники», там есть такие слова: «Мы не можем сказать, станет ли Гитлер человеком, снова развязавшим войну, в которой цивилизация безвозвратно гибнет, или он войдет в историю как человек, восстановивший честь и разум великой германской нации и вернувший ее в спокойствии, взаимопомощи, силе в европейскую семью. Эту загадку будущего разрешит история. Сейчас же достаточно сказать, что открыты обе возможности. Если — потому что история еще не окончена, потому что самым судьбоносным ее главам, в действительности, только предстоит быть написанными — нам придется иметь дело с темной стороной его трудов и веры, мы не должны ни забывать о светлой альтернативе, ни переставать надеяться на нее» (цитируется по изданию Churchill Winston S. Great Contemporaries. Odham press ltd. London, 1941, p. 203). В ноябре 1938-го, выступая в Палате общин, Черчилль сказал: «Я всегда говорил, что, если бы Великобритания потерпела военное поражение, я бы надеялся на появление у нас своего Гитлера, который возвратил бы нам полноправное положение среди других наций. Однако жаль, что великий успех, сопутствовавший ему, не смягчил его» (цитируется по Churchill by himself. The definitive collection of quotations. The electronic edition published 2013 by Rosetta Books).

(3) Бауман Зигмунт, «Актуальность Холокоста». М., Европа/КДУ, 2013.

Председатель Федерального политического комитета партии «ЯБЛОКО», вице-президент Либерального интернационала. Доктор экономических наук, профессор НИУ Высшая школа экономики


Статьи по теме: История и современность


Все статьи по теме: История и современность